Действие картины разворачивается в декабре 1989 года, когда привычный порядок в Румынии начинает рушиться буквально на глазах. Тудор Жюржию не выстраивает сухую хронику известных событий, а погружает зрителя в гущу повседневного страха и растерянности, которые охватили простых людей и военных в те рождественские дни. Камера редко отдаляется от лиц, фиксируя дрожащие руки на винтовках, запотевшие стёкла армейских грузовиков, помятые шинели и те тяжёлые паузы в холодных коридорах, когда любой незнакомый звук заставляет замереть. Алекс Калангиу и Каталин Херло ведут свои роли без пафоса революционного кино. Их персонажи не произносят зажигательных речей, а просто пытаются выжить в хаосе, где приказы противоречат друг другу, а доверие к командирам тает с каждой минутой. Юлиан Постелнику и Александру Пападопол дополняют картину образами тех, кто оказался между молотом и наковальней системы. Чьи попытки сохранить нейтралитет быстро разбиваются о реальность уличных столкновений. Сюжет не гонится за масштабными батальными сценами. Он наблюдает, как каждая переданная по рации сводка, каждый случайный выстрел в ночи и каждая попытка разобраться в происходящем постепенно меняет внутреннюю атмосферу. Реплики звучат обрывисто, порой растворяясь в шуме ветра и далёких гудках сирен. Диалоги перебивает скрип ботинок по снегу, треск раций или внезапная тишина на лестничной площадке, когда становится ясно, что прежние правила игры рассыпались. Картина не раздаёт готовых ответов и не пытается приукрасить жестокость перехода. После финальных титров остаётся ощущение пронизывающего холода, запах мокрой шерсти и пороха, мерцающий свет фонаря над заснеженной улицей и тяжёлое понимание того, что цена свободы редко бывает понятна заранее. Она просто приходит, заставляя каждого сделать выбор, из которого потом не будет дороги назад.