Срджан Драгоевич в фильме Святой Георгий убивает дракона берёт за основу реальную сербскую деревню времён Первой мировой, где возвращение с фронта оборачивается не встречей героев, а тяжёлым бытовым компромиссом. Группа инвалидов прячет отсутствие конечностей и психологические травмы за шумными реконструкциями давно минувших боёв. Они махают деревянными шашками, кричат придуманные приказы и изо всех сил стараются убедить односельчан в собственном бессмертии. Лазар Ристовски и Бора Тодорович играют мужчин, чья показная удаль быстро даёт трещину, когда остаётся наедине с болью и старыми обидами. Наташа Янич Меданчич добавляет в эту мужскую игру элемент личной драмы, заставляя персонажей сталкиваться не только с памятью о войне, но и с ревностью, завистью и невозможностью построить обычное счастье. Режиссёр не строит пафосный монумент. Вместо героических панорам зритель видит покосившиеся сараи, пыльные дороги, скомканные письма и долгие молчания за деревянным столом. Сюжет движется через цепочку нелепых ситуаций, где каждый спектакль о подвиге требует всё больше сил на поддержание лжи. Звук работает на контрастах: скрип деревянных колёс, звон медалей, тяжёлое дыхание после пробежки и внезапная пауза, когда правда просится наружу. Картина не пытается оправдать военный миф или высмеять патриотизм. Она скорее фиксирует момент, когда людям становится слишком тяжело нести груз чужих ожиданий. Герои спорят, отступают, смеются сквозь слёзы. Деревня живёт своим чередом, а её обитатели медленно понимают, что самые страшные битвы происходят не на полях сражений, а внутри головы, где страх показаться слабым заставляет придумывать драконов, которых потом приходится убивать заново.