Фильм Гордона Чана Фреска 2011 года переносит зрителя в мир древних китайских легенд, где граница между реальностью и вымыслом стирается едва ли не с первой минуты. Сюжет начинается с обычного книжника, который, заблудившись в горах, находит заброшенный храм со старинными росписями на стенах. Стоит ему коснуться краски, как пространство вокруг меняется, затягивая героя в иное измерение. Дэн Чао ведёт свою линию с нарастающим недоумением, которое быстро сменяется заворожённостью, когда привычные законы мира отступают перед магией. Сунь Ли и Янь Ни играют обитательниц этого места, чьи поступки редко поддаются простой логике добра и зла. Чан не торопится раскладывать всё по полочкам. Камера подолгу задерживается на деталях: на шёпоте ветра в каменных коридорах, на отражениях в воде, на том, как меняется освещение в зависимости от настроения героев. Боевые сцены здесь не превращаются в бессмысленную акробатику. Они вплетены в повествование как способ разрешения внутренних конфликтов, где каждый выпад или уклонение несёт в себе смысл. Чжэн Шуан и Колин Чоу добавляют ленте необходимую эмоциональную глубину, показывая, как легко потерять себя в мире, где желания исполняются по мановению руки, но расплата за них всегда оказывается неожиданной. Картина избегает прямолинейных нравоучений. Она просто наблюдает за тем, как человек пытается отделить настоящее от красивой иллюзии, пока стены вокруг медленно меняют свои очертания. Финал обходится без громких аккордов, оставляя после себя спокойное размышление о том, что иногда самый трудный выбор лежит не между жизнью и смертью, а между тем, что мы хотим видеть, и тем, что есть на самом деле.