Французская комедия Анн Фонтен Другая Бовари 2014 года начинается с тихого переезда, который быстро перестаёт быть просто сменой адреса. Молодая англичанка Джемма вместе с мужем Чарльзом снимает старый дом в нормандской деревушке, надеясь найти покой и вдохновение. Их сосед, местный пекарь Мартен Жувер в исполнении Фабриса Лукини, встречает новосёлов с любопытством, которое быстро перерастает в навязчивую идею. Мартен давно зачитывается Флобером, и, узнав фамилию новых жильцов, он начинает видеть в молодой женщине точную копию Эммы Бовари. Вместо того чтобы спокойно печь круассаны, он решает тайно направлять судьбу Джеммы, пытаясь отвести её от трагического конца, описанного в классическом романе. Джемма Артертон играет героиню, чья жизнь действительно начинает обрастать знакомыми литературными штрихами, а Джейсон Флеминг и Нильс Шнайдер появляются в ролях мужчин, чьи появления в её судьбе только подливают масла в огонь наблюдателя. Изабель Канделье, Эльза Зильберштейн, Пип Торренс и Эдит Скоб создают фон деревенской жизни, где сплетни разносятся быстрее ветра, а чужие секреты становятся общим достоянием. Фонтен снимает историю без излишней сентиментальности. Камера задерживается на муке на фартуке пекаря, помятых страницах старой книги, нервных улыбках за кухонным столом и тех минутах, когда Мартен просто смотрит в окно своей лавки, пытаясь понять, где заканчивается вымысел и начинается реальность. Диалоги звучат живо, часто перескакивают с бытовых тем на литературные отсылки, а тишина в деревне порой оказывается громче любых признаний. Сюжет не пытается слепо копировать классический сюжет или превращать ленту в сухую адаптацию. Он держится на попытке человека отделить навязанные образы от живых чувств, когда чужой роман начинает диктовать правила в реальной жизни. Режиссёр не раздаёт готовых истин и не выносит приговоров. Она просто наблюдает, как литературная одержимость переплетается с искренним желанием помочь, а стремление переписать чужую судьбу сталкивается с упрямством реальных людей. Картина не обещает лёгких развязок. После титров в голове остаётся запах тёплого теста и странное чувство, будто кто-то только что аккуратно подменил страницы твоего дневника. Герои не ищут громких оправданий, они просто продолжают жить, пытаясь отличить свои собственные желания от чужих цитат. А нормандская деревня за окном всё так же неспешно просыпается под утренний звон колоколов, совершенно не интересуясь тем, какой роман про неё написан или прочитан.
