Комедия-драма Джадда Апатоу Приколисты 2009 года стартует не с триумфального хохота, а с тягучего ощущения усталости от успеха. Джордж Симмонс, роль которого исполнил Адам Сэндлер, уже давно перерос стадию голодного артиста. Он богат, знаменит и циничен, но внезапный диагноз мгновенно превращает его имидж крутого парня в хрупкую декорацию. Вместо того чтобы спокойно умирать в роскоши, герой решает вернуться на сцену, чтобы сказать последнее слово без цензуры. В этот момент в его жизни появляется Айра в исполнении Сета Рогена. Начинающий юморист, живущий в тесной квартире с друзьями по общежитию, вдруг получает шанс писать шутки для кумира, хотя его собственная жизнь напоминает затянувшийся неудачный эксперимент.
Лесли Манн, Эрик Бана, Джона Хилл и Джейсон Шварцман появляются в кадре как бывшие возлюбленные, коллеги и случайные знакомые, чьи реплики то подливают масла в огонь, то заставляют взять паузу. Обри Плаза, Мод Апатоу, Айрис Апатоу и RZA дополняют картину голосами фанатов и обитателей закулисья. Апатоу намеренно отказывается от стерильной голливудской картинки. Камера скользит по мятным листам с набросками шуток, полупустым бутылкам на гримёрных столиках, дрожащим пальцам над микрофоном и тем неловким паузам в машине, когда два человека просто едут по шоссе, пытаясь придумать слова для разговора, который оба боятся начать. Сюжет не пытается упаковать смертельную болезнь в удобную схему исцеления. Он просто фиксирует, как страх заставляет по-новому оценивать старые обиды, а вера в собственную исключительность проверяется каждым новым концертом в захолустном клубе. Режиссёр не раздаёт утешительных истин. Он наблюдает, как комичная грубость переплетается с тихой нежностью, а стремление успеть всё сразу сталкивается с необходимостью наконец просто выслушать другого. Картина заканчивается без пафосных финалов. После титров остаётся ощущение лампового света софитов и спокойная мысль, что настоящие связи редко возникают по расписанию. Они копятся в случайных шутках за кулисами, в умении посмеяться над чужой болью и в готовности сделать первый шаг навстречу, пока зал продолжает гудеть, совершенно не обращая внимания на то, что творится за сценой.
