Фильм ужасов Эдуардо Санчеса Существует 2014 года возвращает зрителя к атмосфере старой школы найденных плёнок, перенося действие в густые и мрачные леса Восточного Техаса. Группа молодых людей приезжает в уединённую хижину, чтобы снять видеоролик для социальных сетей, но их развлекательная поездка быстро превращается в борьбу за жизнь, когда они обнаруживают поблизости заброшенное строение со странными отметинами на стенах. Внутри друзья находят вещи, принадлежащие местным жителям, которые, судя по всему, пытались от чего-то скрыться. Дора Мэдисон и Крис Осборн играют героев, чья первоначальная беззаботность сменяется липким страхом, когда за деревьями начинают раздаваться тяжёлые шаги и треск сухих веток. Роджер Эдвардс, Денис Уильямсон, Сэмюэл Дэвис, Брайан Стил, Джефф Шван, Джордж П. Гакумис мл. и Стефани Санчес появляются в кадре как часть этой компании, вынужденной полагаться только друг на друга в полной изоляции от внешнего мира. Санчес намеренно отказывается от гладкой картинки, используя дрожание камеры и свет фонариков, чтобы усилить эффект присутствия и дезориентацию. Объектив задерживается на мокрых брёвнах, смятых картах, дрожащих пальцах над спусковым крючком камеры и тех долгих паузах в темноте, когда персонажи просто затаивают дыхание, пытаясь понять, сколько существ наблюдает за ними из чащи. Разговоры ведутся шёпотом, их часто перебивает резкий шорох листвы или внезапный стук в стену хижины. Сюжет не спешит раскрывать природу угрозы, предпочитая нагнетать тревогу через неуверенность и панику. История фиксирует, как быстро стирается грань между городскими привычками и диким инстинктом самосохранения. Режиссёр не раздает готовых объяснений, оставляя пространство для домыслов о древних лесных легендах. Он просто наблюдает, как люди мечутся в замкнутом пространстве, а вера в технологии разбивается о первобытный ужас. Картина завершается без громких заявлений. После финальных кадров остаётся ощущение влажного мха и спокойная мысль, что в глуши правила цивилизации не работают. Настоящий страх живёт в каждом шорохе, в умении не смотреть в темноту слишком долго и в готовности бежать, пока лес продолжает дышать своим ритмом, совершенно не обращая внимания на чужие попытки осмыслить необъяснимое.
