Индийская драма с элементами боевика и мюзикла Герой режиссёра Никхила Адвани добралась до зрителей в две тысячи пятнадцатом году. История начинается на перекрёстке двух совершенно разных миров, где шумные улицы и закрытые особняки разделены не столько забором, сколько негласными правилами. Сурадж Панчоли играет молодого человека, вынужденного с детства лавировать между криминальными поручениями и собственным желанием жить иначе. Атья Шетти появляется в образе девушки из обеспеченной семьи, чья встреча с ним становится тем самым случайным поворотом, после которого старые маршруты перестают работать. Тигманшу Дхулиа и Адитья Панчоли занимают в кадре место старшего поколения, чьи жёсткие принципы и невысказанные претензии постоянно влияют на решения героев. Виван Бхатена, Анил Чаранджитт и остальные актёры постепенно встраиваются в эту напряжённую картину, добавляя голоса партнёров, соседей и тех, кто привык решать вопросы силой, а не словами. Адвани снимает без излишнего пафоса, доверяя естественному свету, масштабным хореографическим сценам и вниманию к мелочам повседневности. Взгляд оператора часто цепляется за потёртые кроссовки, смятые проездные, дрожащие стрелки на руле старого мотоцикла и те долгие минуты на плоской крыше, когда персонажи просто смотрят на огни ночного города, подбирая фразы, которые не прозвучали бы как упрёк. Звук работает на контрастах. Грохот барабанов резко сменяется тихим шёпотом, далёким гудком машин и внезапной тишиной перед тем, как зазвучит первая нота песни. Сценарий не расставляет чёрно-белые акценты. Он просто наблюдает, как попытка вырваться из навязанных ролей обнажает цену доверия, а привычные схемы постепенно дают трещину под натиском реальных обстоятельств. Темп живой, местами рваный. Лента движется вперёд без долгих вступлений, оставляя зрителя среди неоновых вывесок, тесных квартир и залитых дождём проспектов. Где заканчивается личное чувство и начинается ответственность за чужие жизни, авторы не объявляют, позволяя истории завершиться естественным образом.
