Комедия с привкусом драмы и лёгкого мистического хоррора Закусочная голодного призрака режиссёра Вэй Цзюнь Чо появилась на экранах в две тысячи двадцать третьем году. Действие разворачивается в обычном азиатском районе, где заведение на углу давно стало местом притяжения для уставших после работы соседей и случайных прохожих. Эрик Чэнь исполняет роль управляющего, вынужденного лавировать между проверками санитарной службы, капризами поставщиков и странными заказами посетителей, появляющихся строго после заката. Фабиан Лу и Рэббит Чен появляются в кадре как его помощники, чьи попытки наладить быт регулярно сбиваются с толку внезапными отключениями электричества и исчезновением продуктов со склада. Джули Чу, Джойс Хон, Диана Кок, Белла Рахим и И Суи Там постепенно вплетаются в эту историю, добавляя голоса постоянных клиентов, родственников и местных старейшин, для которых древние традиции давно перестали быть просто фольклором. Режиссёр сознательно уходит от дешёвых пугалок, работая с тёплым светом кухонных ламп, паром над кипящими котелками и вниманием к мелким бытовым ритуалам. Камера часто задерживается на потёртых меню, смятых квитанциях на прилавке, дрожащих руках у старой кассы и тех неловких минутах у входной двери, когда персонал просто переглядывается, решая, стоит ли открывать зал ещё на час. Звуковое оформление почти не тянет за себя тревожный оркестр. Здесь важнее стук ножей по разделочным доскам, отдалённый гул мотороллеров, обрывки перешёптываний и внезапная пауза перед тем, как за стеклянной витриной мелькнёт тень. Сценарий не пытается разделить мир на живых и мёртвых. Он терпеливо показывает, как попытка сохранить семейное дело обнажает цену упрямства, а старые страхи постепенно уступают место простой человеческой привязанности. Темп живой, местами прерывистый, точно сама работа на кухне в час пик. Лента движется вперёд без назиданий, оставляя зрителя среди залитых неоном вывесок, тесных столов и тихих переулков. Чем закончится эта смена и примет ли заведение новых гостей под утро, авторы не раскрывают, позволяя истории дышать до самых финальных титров.
