Девушка по фамилии Старлинг режиссёра Лорел Пармет вышла в прокат в две тысячи двадцать третьем году. Действие разворачивается в тихом религиозном сообществе Кентукки, где правила диктует традиция, а личные желания принято держать при себе. Элайза Сканлен исполняет роль семнадцатилетней Джем, чья жизнь расписана до мелочей: утренние молитвы, репетиции в группе поддержки и строгий контроль со стороны отца. Джимми Симпсон играет пастора, чьи проповеди звучат безупречно, но за фасадом набожности скрывается человек со своими трещинами. Льюис Пуллман появляется в образе молодого служителя, чьё присутствие в общине нарушает привычный порядок и заставляет девушку впервые усомниться в границах дозволенного. Ренн Шмидт, Клэр Элизабет Грин, Остин Абрамс и остальные актёры постепенно вплетаются в историю, создавая портрет окружения, где каждый взгляд или недосказанное слово несёт скрытый вес. Пармет снимает без пафоса и назиданий, опираясь на естественный свет, пыльные улицы маленького городка и внимание к внутреннему напряжению. Камера часто задерживается на потёртых библейских закладках, смятых листах с записями, дрожащих пальцах у старой гитары и тех долгих секундах тишины в пустой часовне, когда героиня просто слушает собственный пульс, пытаясь отделить чужие ожидания от собственных мыслей. Звуковое оформление почти лишено навязчивой музыки. Здесь важнее скрип скамеек, отдалённый гул вентилятора, обрывки тихих разговоров и резкая пауза перед тем, как прозвучит вопрос, на который нет правильного ответа. Сюжет не пытается вынести вердикт или нарисовать чёрно-белую картину мира. Он просто наблюдает, как попытка найти своё место в жёсткой системе обнажает цену искренности, а старые установки постепенно дают трещину под давлением растущего чувства свободы. Ритм вдумчивый, местами намеренно замедленный. Картина не подводит итогов, оставляя зрителя среди полей кукурузы, тусклых фонарей и залитых закатным светом крылец. Чем обернётся этот внутренний бунт и как сложится её путь за пределами общины, режиссёр не объявляет заранее, позволяя истории дышать до самых финальных кадров.
