Психологический триллер с элементами хоррора Лестница Иакова режиссёра Эдриана Лайна вышел на экраны в тысяча девятьсот девяностом году. История следует за ветераном войны во Вьетнаме, чья жизнь после возвращения домой превращается в череду пугающих видений и провалов в памяти. Тим Роббинс исполняет роль Джейкоба Сингера, человека, который пытается вернуть остатки нормальной жизни, но реальность постоянно ускользает от него, подменяясь кошмарными образами. Элизабет Пенья играет его бывшую жену Джеззи, чьи визиты лишь усиливают чувство отчуждения, а Дэнни Айелло появляется в образе загадочного Луи, предлагающего странные, но действенные советы. Мэтт Крэйвен, Прюитт Тэйлор Винс, Джейсон Александер и остальные актёры появляются в кадре как друзья, врачи и случайные знакомые, чьи реплики часто накладываются друг на друга, а паузы между ними оказываются тяжелее слов. Лайн сознательно уходит от прямолинейного повествования, работая с рваным монтажом, неоновым светом и вниманием к физиологическим реакциям страха. Камера часто задерживается на потёртых фотографиях в кошельке, дрожащих руках у умывальника, искажённых отражениях в зеркалах и тех долгих секундах тишины, когда герой просто пытается отличить реальный звук от галлюцинации. Звуковая дорожка почти не перебивает кадры традиционной музыкой. Важнее здесь тяжёлое дыхание в темноте, далёкий шум сирен, скрип рассохшихся полов и внезапная пауза перед тем, как в комнате появится тень, которую никто не звал. Сюжет не стремится дать быстрые ответы или свести всё к банальной истории травмы. Он терпеливо наблюдает, как пережитое обнажает цену выживания, а привычные опоры рассыпаются под давлением неотступных воспоминаний. Ритм нервный, местами прерывистый, точно пульс человека на грани срыва. Картина не обещает утешения и не рисует чётких границ между безумием и реальностью. Зритель остаётся среди залитых дождём асфальтов, пустых вагонов метро и мерцающих ламп в подъездах. Что именно скрывается за этой чередой пугающих видений и как сложится судьба главного героя, режиссёр оставляет за кадром, позволяя каждому самостоятельно собрать разрозненные образы в единую картину.