Готэм девятых годов наконец сбросил тяжёлый готический плащ и примерил неоновые огни, рекламные щиты и кислотные цвета, которые мгновенно выделяют эту часть саги среди её предшественников. Джоэл Шумахер не пытается снимать мрачную притчу о вечном одиночестве в ночи. Его камера ныряет в вихрь цирковых шатров, мерцающих экранов с головоломками и кабинетов психолога, где разговоры о двойной природе человека звучат громче любых полицейских сирен. Вэл Килмер исполняет роль Брюса Уэйна, чья внешняя уверенность всё чаще даёт трещину под грузом детских воспоминаний и привычки действовать в одиночку. Томми Ли Джонс и Джим Керри появляются в кадре как два разных вида безумия. Один размахивает монетой в полуразрушенных залах суда, другой строит телевизионную империю, где каждый прямой эфир превращается в ловушку для городского разума. Николь Кидман играет специалиста по поведенческим наукам, чьи методы то кажутся строгим научным подходом, то обнажают личную заинтересованность в пациенте в маске. Крис О Доннелл вписывается в историю как молодой гимнаст, чья ловкость и жажда справедливости быстро превращаются в необходимость иметь рядом того, кто понимает цену внезапной потери. Сюжет держится не на сложных детективных схемах, а на цепи ночных выездов, спонтанных столкновений на карнизах, попыток разобраться в мотивах эксцентричных противников и постоянных вопросах о том, сколько ещё внутренней боли можно вынести без поддержки. Диалоги звучат живо, их часто перебивает рев двигателей или резкий смех из городских динамиков. Звуковое оформление не скрывает театральный масштаб, сохраняя ритм комикс-экшена: звон разбитых витрин, тяжёлое дыхание в тесных укрытиях, обычная пауза перед тем, как нажать на переключатель. Режиссёр обходится без мрачных нравоучений. Он просто показывает, что происходит, когда герой перестаёт бежать от собственного прошлого и решает наконец найти партнёра. Зритель остаётся в этом пёстром городе, постепенно замечая, что за яркой визуальной обёрткой скрывается вполне земная история о цене взросления и умении принять помощь, когда она протянута. Финал не расставляет точки заранее, оставляя ощущение утреннего ветра и мысль о том, что даже самые запутанные улицы иногда нуждаются в ярких огнях, чтобы не потерять дорогу к самим себе.