Рождение ребёнка должно приносить радость, но в этой истории оно становится точкой отсчёта для тихого, почти невидимого распада привычного уклада. Пол Сотер берёт за основу банальный, до боли знакомый многим быт молодых родителей и постепенно превращает его в замкнутый лабиринт, где граница между реальностью и галлюцинацией стирается с каждым часом недосыпа. Пелл Джеймс исполняет роль матери, чья физическая усталость быстро обрастает тревожными видениями, а привычная забота о младенце начинает восприниматься как невыполнимая задача. Джонатон Шек появляется рядом как партнёр, пытающийся удержать семью на плаву, но собственные страхи и растущее раздражение мешают ему стать надёжной опорой. Бретт Бьюбэй и Джэми Бернштейн вписываются в картину как друзья, чьи визиты то кажутся спасательным кругом, то лишь подчёркивают изоляцию героев. Повествование держится не на внешних угрозах, а на медленном нарастании паранойи, ночных блужданиях по полутёмным коридорам, попытках различить настоящий плач и отзвуки собственного истощённого разума. Диалоги звучат обрывисто, их часто перебивает тихий гул ночника, скрип кроватки или внезапное молчание, когда герои понимают, что уже несколько дней не видели солнечного света. Звуковое оформление работает без дешёвых прыжков из темноты, оставляя на первом плане тяжёлое дыхание, монотонный тик таймера и ту самую секундную заминку перед тем, как открыть дверь в комнату, где должно быть спокойно. Режиссёр не пытается продать зрителю историю о монстрах под кроватью. Он показывает, как трудно сохранить рассудок, когда организм отказывается давать отдых, а каждый новый день требует готовности действовать на грани срыва. Картина не спешит раздавать ответы. После просмотра остаётся лишь ощущение ватной тяжести в висках и вполне земная мысль, что самые опасные вещи редко приходят извне, а прорастают внутри, когда человек просто забывает, как выглядит нормальный сон.
