Фильм Реми Уикса «Его дом» начинается с пересечения границы, но быстро смещает фокус на то, что беженцы привозят с собой в памяти. Супруги из Южного Судана получают временное жильё в английском пригороде. Стены облуплены, отопление работает через раз, а район выглядит так, будто его забыли даже местные жители. Сопе Дирису и Вунми Мосаку показывают не героическое выживание, а тихое истощение двух людей, которые пытаются следовать правилам новой страны, пока по ночам в доме начинает ходить нечто, знакомое только им. Уикс не использует классические приёмы хоррора для дешёвых испугов. Он связывает страх с чувством вины, с образами тех, кого пришлось оставить позади, и с невозможностью просто закрыть дверь на прошлое. Камера остаётся в тесных комнатах, ловит отражения в грязных окнах, фиксирует, как привычный быт превращается в поле для невысказанных обвинений. Мэтт Смит играет куратора, чья профессиональная вежливость звучит глухо в доме, где пахнет сыростью и старой болью. Сюжет идёт не через внешние угрозы, а через нарастающее ощущение, что стены сжимаются, а сон перестает быть безопасным. Картина не пытается найти виноватых или предложить универсальный рецепт адаптации. Она оставляет зрителя в моменте, когда каждый шорох заставляет обернуться, а вопрос о том, что сильнее, страх перед новым миром или память о старом, остаётся без удобного ответа. Последняя сцена не подводит итог, а просто выключает свет, оставляя холод в комнатах и тяжёлое молчание.