Картина Гая Пигдена 2014 года начинается как стандартный документальный съёмочный процесс, но быстро превращается в хаотичную смесь жанров, где постановочный грим неожиданно перестаёт смываться, а сценарные реплики начинают звучать слишком похоже на правду. Группа независимых кинематографистов во главе с Харли Невиллом и Жослин Кристиан отправляется на отдалённый остров, чтобы снять малобюджетный фильм о зомби. Вместо привычных бутафорских декораций и спокойного графика их встречают пустые дома, обрывистые тропы и полное отсутствие мобильной связи. Бен Бэйкер и Реанин Йоханнук появляются в кадре как операторы и сценаристы, чьи попытки контролировать хаос лишь добавляют сюжету абсурдности. Майк Эдвардс, Эндрю Лейнг и Саймон Уорд встраиваются в эту историю как местные жители и случайные свидетели, чьи короткие появления то разряжают обстановку неловкими шутками, то заставляют лишний раз проверить замки на дверях. Режиссёр сознательно отказывается от голливудской полировки, позволяя камере работать в почти документальной манере. Объектив цепляется за потёртые чехлы для оборудования, тяжёлые ботинки на мокрой траве, мерцающие фонари и те долгие минуты у импровизированного штаба, когда привычная уверенность уступает место тихой панике. Диалоги звучат обрывисто. Их перебивает шум ветра, далёкий лай собак или просто неловкое молчание, когда герои вдруг понимают, что старый сценарий здесь больше не работает. Сценарий не пытается превратить историю в учебник по выживанию или развесить моральные ярлыки. Он просто наблюдает, как трудно сохранить рассудок, когда каждый новый шаг требует импровизации, а накопленная усталость прорывается именно в те вечера, когда нужна предельная ясность. Лента держится на чёрном юморе и контрасте между амбициозными планами съёмочной группы и суровой реальностью. После титров остаётся ощущение промозглого воздуха, запах влажной земли и мысль о том, что за громкими лозунгами о творческой свободе часто прячется обычное желание просто доехать до цивилизации. История не гарантирует лёгкого исхода, а честно фиксирует процесс, в котором ребята заново учатся отличать постановку от жизни, пока кассеты ещё не кончились и пока хватает воли не бросать камеру на полпути.
