Действие начинается на платформе лондонского метро, где четыре подростка ждут поезда, но вместо привычного стука колёс их накрывает порыв ветра, возвращающий их в страну, которую они считали забытой. Нарния изменилась. Леса поредели, реки стали тише, а по каменным улицам маршируют войска, подчиняющиеся новому регенту, захватившему трон. Бен Барнс играет молодого принца, чьи права на корону отняли силой, и чьи попытки собрать верных союзников приводят к столкновению с магией, которая давно перестала быть детской сказкой. Режиссёр Эндрю Адамсон не пытается выстроить лёгкое семейное приключение. Он делает ставку на тяжесть выбора, где каждое решение несёт последствия, а старые друзья быстро понимают, что их прежние титулы больше не вызывают трепета у врагов. Джорджи Хенли и Уильям Моусли возвращаются к ролям братьев и сестёр, чьи детские воспоминания разбиваются о суровую реальность войны за независимость. Питер Динклэйдж и Уорвик Дэвис добавляют в повествование ту самую земную шероховатость, от которой замирает дыхание в тёмных лесах. Камера скользит по мокрым стволам деревьев, фиксирует пот на латах, дрожащие руки при натяжении тетивы, долгие взгляды на горизонт, где привычный шум ветра вдруг сменяется тяжёлым молчанием перед боем. Звуковое оформление почти обходится без пафосных хоров, оставляя место для скрипа деревянных щитов, далёкого топота коней, обрывков команд в лагере. Сюжет не торопится объявлять исход сражения или раскрывать тайну древнего волшебства. Он просто наблюдает, как попытка восстановить справедливость превращается в проверку на готовность повзрослеть и отпустить иллюзии. В палатках пахнет дымом, старой кожей и остывшим травяным отваром. Картина избегает приторных моралей, честно напоминая, что любые королевские указы трещат при столкновении с живой кровью, а настоящее напряжение возникает ровно тогда, когда перестаёшь ждать чуда и замечаешь, что за бронёй скрываются обычные люди, готовые стоять до конца, пока рассвет не окрасит вершины гор.