Действие начинается в Лондоне, который внезапно опустел. После необъяснимого события Эрик остаётся один среди пустых улиц, заброшенных магазинов и застывших светофоров. Вместо паники он выбирает странную тактику выживания: ведёт видеодневник, записывает правила жизни в новом мире и постепенно превращает своё одиночество в своеобразный социальный эксперимент. Однако однажды в заброшенном парке он встречает женщину. Их знакомство не начинается с героических спасений или глобальных открытий. Это неловкие разговоры за пустым столиком кафе, совместные прогулки по безлюдным мостовым и попытки вспомнить, как вообще выглядят свидания, когда вокруг нет ни одного свидетеля. Сэмюэл Гэй не снимает масштабный постапокалиптический экшен. Режиссёр концентрируется на камерных сценах, где каждый взгляд и каждая пауза весят больше, чем взрывы на горизонте. Керит Эткинсон и Тони Брокмэн играют людей, чьи внутренние страхи и привычка прятаться за иронией постепенно уступают место простой потребности в тепле. Джеки Мисон и Кристофер Соммерс появляются в воспоминаниях и записях, напоминая, что прошлое никуда не делось, а просто отступило на второй план. Сара Кеннеди и Джули Коттерелл добавляют в историю голоса тех, чьи судьбы переплелись с главным героем задолго до того, как город затих. Камера держится близко, фиксируя потёртые обложки книг, дрожащие руки при настраивании старой камеры, долгие взгляды в пустые окна, где привычный городской гул вдруг сменяется напряжённым молчанием. Звуковая дорожка почти лишена пафосных аккордов, оставляя место для скрипа половиц, далёкого ветра и коротких фраз, сказанных вполголоса. Сюжет не спешит объяснять природу катастрофы или подводить итоги их странного романа. Он просто наблюдает, как попытка выжить в одиночестве превращается в ежедневную проверку на готовность доверять незнакомцу. В пыльных квартирах и на залитых утренним светом крышах пахнет старой бумагой, пылью и остывшим чаем. Картина не раздает готовых рецептов счастья. Она честно показывает, что любые апокалиптические сценарии рассыпаются перед лицом обычной человеческой близости, а интерес держится на бытовых мелочах, где обычные люди заново учатся слышать друг друга, пока вечерний ветер не разносит огни по пустому городу.
