Уэльсский хоррор-триллер Protein 2022 года под режиссурой Тони Бёрджеса сразу дает понять, что искать здесь привычные голливудские скримеры или стерильную компьютерную графику совершенно бессмысленно. Это скорее вязкая, местами до дрожи неудобная зарисовка о людях, чья привычная реальность начинает трещать по швам в замкнутом пространстве. Крэйг Расселл и Стив Мео исполняют роли персонажей, далеких от образов бесстрашных исследователей или хладнокровных выживальщиков. Это обычные, порой раздражающе уязвимые люди. Мы видим, как у них нервно подергивается глаз, когда планы рушатся, а ладони предательски потеют от осознания того, что привычные правила больше не работают.
Рядом с ними Кай Оуэн и Росс О Хеннесси выстраивают взаимодействие, полностью лишенное пафоса. Их диалоги звучат обрывочно, с тяжелыми паузами, когда невысказанный страх висит в воздухе гуще, чем запах сырости и застоявшегося воздуха в помещении. Ричард Элис, Гарет Джон Бэйл, Чарльз Дэйл, Андреа Холл, Ричард Милан и Кезия Берроуз плотно заполняют периферию сюжета. Они превращают экран в параноидальный мирок, где у каждого встречного могут быть свои веские причины молчать или говорить загадками.
Бёрджес, известный своим умением нагнетать саспенс через бытовые, почти документальные детали, намеренно избегает манипулятивной музыки. Настоящее напряжение здесь растет из простых, но пронзительных моментов. Камера подолгу задерживается на бегающем взгляде, нервно скользящем по темным углам комнаты, на напряженных лицах в полумраке и на той оглушительной тишине, которая повисает в воздухе, когда кто-то наконец решается произнести неудобную правду о природе происходящего.
Сценарий не спешит раздавать готовые моральные истины или обещать, что к финальным титрам все демоны будут изгнаны по расписанию. Это внимательное, местами изматывающее наблюдение за тем, как быстро слетает маска нормальности, когда человек загнан в угол обстоятельствами, которые он не в силах объяснить. Картина просто фиксирует тот переломный момент, когда герои понимают, что цена раскрытия давней тайны оказывается непомерно высокой, оставляя после себя тяжелое, навязчивое послевкусие и понимание того, что некоторые двери в прошлое лучше вообще не открывать, даже если за ними кажется тихо.
