Мини-сериал Шери Фоксон Казанова начинается не с хрестоматийных мемуаров, а с сырых улиц Венеции, где молодой Джакомо только учится выкручиваться, обходить строгие законы инквизиции и платить карточные долги обаянием. Дэвид Теннант исполняет роль человека, чья неуёмная энергия постоянно опережает рассудок, а за каждым романтическим жестом скрывается холодный расчёт или юношеская опрометчивость. Питер О Тул появляется в кадре как постаревший мемуарист, сидящий в богемской ссылке. Его закадровые комментарии звучат ворчливо, но этот взгляд со стороны сразу снимает лишний пафос, оставляя вместо него живого, уставшего от приключений человека. В центре сюжета оказывается встреча с Франческой в исполнении Роуз Бирн. Девушка не спешит попадать в стандартные схемы соблазнения, её независимость и острые ответы заставляют главного героя впервые столкнуться с ситуацией, где привычные трюки не работают. Руперт Пенри-Джонс и Шон Паркес создают атмосферу постоянного соперничества, где интриги плетутся в полутёмных коридорах дворцов и на шумных балах под звон бокалов. Фоксон не пытается выстроить музейную экспозицию из костюмов эпохи. Камера скользит по бархатным камзолам, фиксирует мельтешение масок на карнавалах, тяжёлые вздохи в исповедальнях и те неловкие секунды, когда Джакомо понимает, что его репутация ловеласа даёт трещину. Диалоги строятся на быстрых обменах репликами, часто срываются на смех или переходят в напряжённое молчание, когда ставки становятся слишком высоки. Сценарий избегает академических лекций о восемнадцатом веке. Вместо этого зритель видит, как бесконечная гонка за приключениями постепенно выдыхается, уступая место попыткам найти хоть какую-то подлинную привязанность. Лента держит ритм лёгкого, но не лишённого меланхолии приключения, напоминая, что слава часто оказывается тяжёлым грузом. Финал оставляет после себя лишь шелест страниц дневника и мысль о том, что за каждой красивой легендой стоит обычный человек, который просто очень не хотел оставаться один.