Китайская комедия Заберите моего брата, пожалуйста! 2018 года, снятая режиссером Хань Цин, с первых кадров отказывается от приторной сказочности типичных семейных историй. Вместо глянцевых декораций зритель попадает в шумный, хаотичный мир обычной квартиры, где война за пульт от телевизора и последний кусок пиццы ведется не на жизнь, а на смерть. Сюжет вращается вокруг школьницы, чья жизнь превращается в сплошное испытание на прочность из-за старшего брата. Джозеф Цзэн и Сунь Цянь играют героев, чьи отношения далеки от идеальной картинки из рекламных буклетов. Перед нами не бесконечно любящие родственники, а живые, вечно ворчащие подростки. У героини действительно дергается глаз, когда брат в сотый раз подкидывает ей очередную гадость, а он в ответ лишь ухмыляется, прекрасно зная, что старые методы воспитания здесь просто не работают. Она начинает сбивчиво жаловаться друзьям, попадая в нелепые бытовые ситуации, и в панике ищет способ избавиться от этого источника раздражения, не подозревая, к каким неожиданным последствиям это приведет.
Ван Сюйдун, Ху Сяньсюй, Ма Боцюань, Лу Сяоюй, Сюй Сяоно, Ли Мэнлу, Тань Цюань и Юнь Тяньфэй плотно заполняют это пространство, создавая узнаваемый фон школьных коридоров и шумных перемен. Здесь у каждого одноклассника или друга находятся свои веские причины лезть не в свое дело или давать совершенно непрошеные советы. Диалоги построены не на пафосных монологах о великой семейной ценности. Это скорее обрывки фраз, нервный смех и тяжелые паузы, когда кто-то наконец-то понимает, что зашел слишком далеко. Персонажи часто отводят взгляд или резко меняют тему, потому что признаться в собственной привязанности бывает куда страшнее, чем просто закатить глаза и сделать вид, что все идет строго по плану.
Режиссура сознательно избегает навязчивой, слащавой музыки, которая обычно подсказывает зрителю, когда именно нужно умиляться. Настоящая теплота и комедийный эффект рождаются из простых, цепляющих деталей. Камера с удовольствием задерживается на том, как героиня нервно теребит край школьной формы во время неловкого молчания, на растерянности перед захлопнувшейся дверью комнаты или на той звенящей тишине, что наступает после совершенно абсурдной фразы, брошенной в отчаянной попытке разрядить обстановку. Сценарий не обещает, что к финальным эпизодам все конфликты волшебным образом разрешатся, а отношения станут кристально ясными. Это теплое, местами ироничное наблюдение за тем, как человеческое терпение проверяется на прочность под натиском чужих привычек. Картина оставляет после себя приятное, немного ностальгическое послевкусие, напоминая о том, что самые яркие воспоминания юности часто рождаются из полного хаоса, нелепых ошибок и той самой искренней паники перед неизбежными переменами в жизни совершенно разных, но таких родных людей.
