Драма I Wish I Never Met You режиссёра Кристины ЛаФерн Робертс вышла в ограниченный прокат в две тысячи двадцать втором году. Картина сознательно оставляет за кадром масштабные события, перенося зрителя в камерное пространство городских квартир и тихих кафе, где слова часто оказываются тяжелее поступков. В центре сюжета оказываются несколько человек, чьи пути пересекаются в переломный момент жизни. Трэвис Кьюр исполняет роль человека, привыкшего всё контролировать, но столкнувшегося с обстоятельствами, которые не поддаются логике. Мишель Лэмб и Альфонсо А. Кен-Атен Джексон появляются в образах тех, чьи воспоминания то сближают, то внезапно отдаляют друг от друга. Моньетта Шоу, Минни Раджгуру, Килан Пьер, Томатан Макгиннис, Хезер Рэй, Дон Босуэлл и Декстер Эмери заполняют экран голосами знакомых, коллег и случайных попутчиков. Их короткие диалоги на кухнях, неловкие паузы в лифтах и внезапные признания за обеденным столом постепенно обнажают ту самую невидимую нить, которая связывает людей даже тогда, когда им кажется, что связь уже разорвана. Робертс снимает без театральности, доверяя естественному свету и длинным планам. Камера скользит по недопитым чашкам, смятым запискам на холодильнике, дрожащим пальцам у оконной рамы и тем минутам, когда герои просто смотрят в окно, пытаясь подобрать слова, которые не звучали бы как оправдание. Звуковое оформление почти лишено навязчивой музыки. Слышен только шум проезжающих машин, тиканье настенных часов, обрывки телефонных разговоров и внезапная тишина перед тем, как прозвучит вопрос, от которого уже не уйти. Сюжет не пытается выписать инструкцию по быстрому исцелению или раздать роли правых и виноватых. Он терпеливо наблюдает за тем, как попытка разобраться в собственных ошибках постепенно обнажает цену постоянного притворства и тихое желание наконец разрешить себе быть неидеальным. Темп держится на смене дней, бытовых накладках и накопившейся усталости от необходимости соответствовать чужим ожиданиям. Лента идёт вперёд неторопливо, местами намеренно шероховато, но точно передаёт ощущение, когда привычные опоры начинают шататься. Здесь не ждут внезапных озарений. Остаётся лишь следить за тем, как персонажи учатся жить с собственными сомнениями, и как самые важные внутренние сдвиги происходят в полной тишине, когда шум улиц затихает и остаётся только честный разговор наедине с собой.
