Британская драма Челюсть Томаса Нэппера добралась до зрителей в две тысячи семнадцатом году. Картина начинается не с громких анонсов, а с глухого звука перчаток по старой кожаной груше. Джонни Харрис играет Джимми, боксёра, чья карьера давно разбита о быт и собственные ошибки, но который всё равно возвращается в залы с облупившимися стенами. Он не гонится за поясами. Ему просто нужно доказать, что он ещё может выдержать удар. Иэн Макшейн появляется в роли наставника, чьи методы кажутся устаревшими, а упрямое молчание работает лучше любых лекций о дисциплине. Рэй Уинстон, Майкл Смайли, Хаци Али и остальные актёры создают окружение из промоутеров, спарринг-партнёров и случайных знакомых, для которых ринг давно стал не спортом, а способом заработать на жизнь. Нэппер снимает без пафоса и красивой хореографии боёв. Взгляд оператора скользит по исписанным тетрадям с графиками, смятым бинтам в углах скамеек, дрожащим рукам, пытающимся завязать шнурки, и тем тяжёлым паузам в раздевалке, когда парни просто сидят, переводя дыхание и стараясь не смотреть друг другу в глаза. Звуковая дорожка почти лишена музыки. Здесь слышен только тяжёлый шаг по бетону, хлёсткие акценты по лапам, далёкий шум улицы за тонкими стенами и внезапная тишина перед тем, как прозвучит команда начинать. Сценарий не пытается превратить историю в勵志ный маршрут к успеху. Он просто фиксирует, как попытка поднять себя с колен обнажает цену упрямства, а старые травмы дают о себе знать сильнее любого соперника. Темп неровный, местами намеренно тягучий, точно сами изнуряющие тренировки на пределе сил. Лента движется вперёд без подсказок, оставляя зрителя среди тусклых ламп, прокуренных баров и мокрых лондонских переулков. Сможет ли Джимми выдержать этот путь и что останется от него после последнего раунда, авторы не раскрывают, позволяя каждому самому прочувствовать вес каждого удара до самых титров.