Криминальная драма Овца без пастуха режиссёра Сэма Цюа добралась до экранов в две тысячи девятнадцатом году. Действие переносит в тихий провинциальный городок, где размеренная жизнь владельца небольшого видеопроката резко меняется после столкновения с влиятельной местной семьёй. Сяо Ян исполняет роль отца, который годами просматривал детективы и триллеры, оттачивая в голове чужие схемы, но никогда не предполагал, что эти знания придётся применять на собственной кухне. Когда его дочь оказывается втянута в опасный конфликт, он решает взять ситуацию под контроль, используя методы, давно знакомые ему по экранным постановкам. Тань Чжо и Джоан Чэнь появляются в кадре как представители власти, чья уверенность в собственной неуязвимости постепенно даёт трещину. Филип Кюн, Пол Чунь, Бянь Тянъян, Одри Хуэй, Чжан Сижань, Ши Миншуай и Джерри Хуан встраиваются в повествование лицами следователей, соседей и случайных свидетелей, чьи показания то запутывают дело, то неожиданно проясняют детали. Цюа отказывается от парадной полицейской эстетики, работая с тесными интерьерами, естественным светом и пристальным вниманием к мелочам. Объектив цепляется за потёртые билеты в кино, смятые черновики алиби, дрожащие пальцы у телефонной трубки и те долгие секунды молчания, когда герои просто выжидают, пытаясь угадать следующий ход противника. Звуковое оформление почти не требует музыки. Важнее здесь мерный гул старого проектора, далёкий вой сирен, обрывки резких команд и внезапная тишина перед тем, как прозвучит решающий вопрос. Сценарий не пытается читать мораль или раздувать социальный конфликт до масштабов трактата. Он спокойно фиксирует, как стремление защитить близких обнажает цену обмана, а вера в законную справедливость уступает место инстинкту самосохранения. Темп напряжённый, местами рваный. Картина не сулит лёгких развязок. Зритель погружается в атмосферу душных кабинетов, тусклых фонарей на пустынных улицах и ночных переговоров шёпотом. Устоит ли созданная иллюзия под натиском расследования и чья правда окажется весомее, авторы не торопятся раскрывать, позволяя каждому кадру дышать в своём суровом, но честном ритме до финальных титров.
