Судебная драма Похороны режиссёра Маргарет Беттс вышла на экраны в две тысячи двадцать третьем году. В центре сюжета реальная история девяностых, когда владелец небольшого семейного похоронного бюро в Миссисипи обнаруживает, что его вытесняют с рынка крупные игроки. Джейми Фокс исполняет роль Иеремии Окифа, человека, который десятилетиями честно хоронил своих соседей, но внезапно теряет контроль над бизнесом из-за запутанных корпоративных схем. Томми Ли Джонс появляется в образе Уилли Гэри, адвоката из Флориды, чьи методы ведения дел часто кажутся слишком театральными, однако за яркими костюмами скрывается острый ум и умение читать оппонентов. Джерни Смоллетт, Алан Рак, Мамуду Ати, Памела Рид, Билл Кэмп, Аманда Уоррен, Дориан Миссик и Тайуэйн Уитт постепенно встраиваются в повествование. Они играют юристов, родственников, сотрудников корпорации и местных жителей, чьи показания то подливают масла в огонь, то неожиданно меняют ход слушаний. Беттс сознательно уходит от сухого пересказа протоколов, делая акцент на человеческих характерах и напряжении в зале. Камера часто задерживается на потёртых папках, смятых черновиках выступлений, нервных взглядах на часы судьи и тех секундах тишины, когда воздух кажется наэлектризованным. Звуковое оформление почти не требует музыки. Важнее здесь скрип кресел, мерный стук молотка, обрывки шёпота на скамьях и внезапная пауза перед решающим аргументом. Сценарий не пытается упростить тяжбу до банальной схемы. Он показывает, как деловой интерес постепенно перерастает в личную принципиальность, а привычные правила игры рассыпаются под натиском неожиданной тактики. Ритм повествования ровный, местами замедляющийся, чтобы зритель успел прочувствовать вес каждого слова. Картина не спешит раздавать вердикты. Зритель остаётся среди пыльных архивов, душных залов заседаний и ночных разговоров в пустых офисах. Кто окажется прав и чем обернётся ставка на справедливость в мире, где закон часто пишут те, у кого больше ресурсов, режиссёр раскрывает не сразу. История течёт в своём честном темпе, позволяя каждому свидетельству говорить громче любых объяснений до финальных титров.
