Комедия Саджида Хана 2007 года начинается с беззаботной жизни троих холостяков в Лондоне, чьи будни состоят из шумных вечеринок, легких интрижек и полного отсутствия ответственности. Акшай Кумар, Ритеш Дешмукх и Фардин Хан играют друзей, привыкших ставить во главу угла собственный комфорт, пока однажды на пороге их квартиры не появляется младенческая коляска. Вместе с ней записка, в которой сказано, что один из них отец, но никаких имен или подсказок не оставлено. Вместо того чтобы сдать ребёнка в социальные службы, мужчины принимают решение воспитывать девочку самостоятельно, переименовывая свои вечеринки в ночные кормления, а барные стойки меняют на пеленальные столики. Видья Балана появляется в кадре как адвокат, чей профессиональный интерес к делу быстро переплетается с личным участием, а её появление заставляет героев заново взглянуть на понятие семьи. Боман Ирани и Анупам Кхер добавляют в историю привычный для болливудского кино юмор, но их реплики редко бывают просто фоном для шуток. Режиссёр не пытается упаковать сюжет в строгую схему ситкома. Камера спокойно скользит по разбросанным игрушкам, пустым кофейным чашкам на полу, неловким попыткам завязать шнурки и тем минутам, когда смех вдруг обрывается внезапной усталостью. Диалоги звучат живо, часто прерываются детским плачем или переходят в вынужденную тишину, стоит разговору коснуться тем, которые в мужской компании принято обходить стороной. История держится не на громких скандалах, а на постепенном осознании того, что отцовство — это не статус, а ежедневная работа, требующая терпения и готовности ставить чужие интересы выше собственных. Фильм честно признаёт свой формат лёгкой мелодрамы и не развешивает моральные ярлыки. Он просто наблюдает, как трое мужчин, привыкших жить одним днём, учатся планировать будущее, когда на кону стоит жизнь маленького человека. После просмотра в памяти остаётся запах детской присыпки, звук колыбельной по старому радио и мысль о том, что самые важные перемены редко приходят по расписанию. Они стучатся в дверь в самый неожиданный момент, заставляя пересмотреть все прежние приоритеты и понять, что настоящая зрелость начинается там, где заканчивается удобство.
