Инди-хоррор Кена Брюэра Like Father, Like Daughter появился в прокате в две тысячи двадцать втором году и сразу уходит от привычных клише про скримеры и кровавые развязки. Вместо этого режиссёр строит историю на тихом, но вязком напряжении внутри обычной семьи, где границы между заботой и контролем давно размыты. В центре сюжета оказывается отец и его дочь, чьи отношения годами казались нормой, пока одно неожиданное обстоятельство не вытаскивает на поверхность старые, тщательно скрываемые трещины. Трэйси Барр и Даг Во исполняют роли тех, кто пытается сохранить видимость привычного уклада, но их методы всё чаще наталкиваются на растущее взаимное непонимание. Кен Брюэр, Мери Гетьвей и Линнея Суонсон появляются в кадре как соседи и случайные свидетели, чьи визиты то кажутся поддержкой, то лишь обнажают хрупкость семейного фасада. Камера не мечется за резкими поворотами. Она подолгу задерживается на пыльных полках в прихожей, мерцающих лампах на кухне, дрожащих руках у старой дверной ручки и тех долгих минутах молчания за завтраком, когда герои вдруг осознают, что привычные правила больше не работают. Звуковое оформление почти лишено навязчивой музыки. Слышен только скрип половиц, тиканье настенных часов, отдалённый шум ветра и внезапная пауза перед тем, как очередной вопрос переворачивает разговор. Сценарий не пытается раздать готовые моральные оценки или объяснить природу происходящего сухими терминами. Он просто наблюдает, как попытка защитить близких постепенно стирает границы между долгом и навязчивой идеей. Темп держится на нарастающем психологическом давлении и узнаваемых бытовых мелочах. Каждая найденная записка или взгляд в тёмное окно мгновенно меняет баланс в комнате. Картина остаётся камерной, местами намеренно тяжёлой, но удивительно точной в передаче состояния, когда страх вырастает не из внешних угроз, а из собственной беспомощности перед неизвестностью. Здесь не ждите лёгких развязок или утешительных финалов. Только наблюдение за тем, как быстро рушится привычный уклад, когда прошлое отказывается оставаться в покое, и как самые тихие решения рождаются в полной тишине, когда герои наконец понимают, что отступать больше некуда.
