Криминальная драма Джоджи режиссёра Дилиша Потхана вышла в прокат в две тысячи двадцать первом году. Действие разворачивается в зажиточной семье на юге Индии, где власть и земля десятилетиями удерживают стареющий отец. Фахадх Фаасил исполняет роль младшего сына, которого в доме всегда считали безвольным и неспособным на серьёзные решения. Он годами молча наблюдает за тем, как старшие братья делят влияние и расширяют бизнес, пока сам остаётся в тени родительского двора. Когда патриарха внезапно парализует инсульт, привычный уклад рушится, а скрытые амбиции выходят на поверхность. Бейзил Джозеф и Дилиш Потхан играют братьев, чьи методы ведения дел и отношение к семье резко обнажают трещины в многолетнем союзе. Унимая Прасад, Шамми Тхилакан, Бабурадж и остальные участники постепенно встраиваются в сюжет лицами родственников, наёмных рабочих и местных чиновников, чьи интересы то пересекаются, то вступают в жёсткое противостояние. Потхан снимает картину без голливудского лоска, опираясь на душную атмосферу жаркого климата, приглушённый свет старых домов и пристальное внимание к невербальным сигналам. Камера часто задерживается на потрёпанных папках с документами, дрожащих пальцах у стакана с водой, долгих взглядах через обеденный стол и тех минутах тишины, когда герои просто оценивают, кто сейчас возьмёт верх. Звуковая дорожка обходится без пафосной музыки. Здесь слышен монотонный гул вентиляторов, далёкий лай собак, обрывки тихих переговоров и резкая пауза перед решением, которое уже нельзя отменить. Сценарий не гонится за дешёвыми сенсациями или поучительной моралью. Он терпеливо показывает, как жажда наследства обнажает цену молчаливого терпения, а старые семейные узы постепенно перекручиваются в узел жадности и взаимного недоверия. Ритм повествования тяжёлый, местами намеренно замедляющийся, точно шаг по раскалённой земле. Фильм не сулит лёгких побед и не обещает справедливого финала. Зритель остаётся среди залитых полуденным зноем дворов, тёмных кабинетов и ночных разговоров на веранде. Удастся ли герою переиграть родню и чем обернётся его внезапная активность, авторы оставляют за кадром, позволяя каждому эпизоду дышать в своём суровом, но честном ритме до титров.
