Фильм Тодда Хейнса 2007 года отказывается от привычной биографической схемы и собирает образ одного музыканта из шести совершенно разных людей. Зритель встречает подростка, скитающегося по дорогам с гитарой за спиной, затем видит застенчивого поэта в прокуренных клубах Гринвич-Виллидж, а следом наблюдает, как вчерашний акустический исполнитель вдруг подключает электрогитару и сталкивается с яростью вчерашних поклонников. Кристиан Бэйл, Хит Леджер и Бен Уишоу играют этапы взросления, где каждый шаг сопровождается потерей прежней репутации и поиском нового голоса. Кейт Бланшетт появляется в роли фигуры, чья резкая манера и измождённый вид становятся иконой эпохи, а Ричард Гир добавляет в картину призрачный силуэт уставшего странника, который давно вышел из публичного поля. Хейнс не пытается собрать эти куски в единую хронологию. Он монтирует их как мозаику, где сны перетекают в реальные интервью, а чёрно-белые кадры сменяются психоделическими вспышками. Камера часто остаётся неподвижной, позволяя актёрам выдерживать долгие паузы, в которых чувствуется усталость от славы и постоянное желание скрыться за новыми масками. Диалоги звучат обрывисто, их заглушает аккордеон, шум поезда или внезапный смех, когда становится ясно, что любой ответ на вопрос о личности будет лишь очередной уловкой. Сюжет не раскрывает тайну человека, а показывает, как невозможно удержать живого артиста в рамках одного амплуа. Лента выдержана в жанре музыкальной притчи с элементами вестерна и сознательно уходит от линейного повествования. После титров остаётся не чёткая биография, а эхо меняющихся аккордов. Пахнет старым деревом, пылью с пластинок и остывшим кофе, слышен перебор струн и приходит мысль о том, что настоящая музыка редко рождается из стабильности. Чаще это цепь болезненных превращений, тихих разрывов и негласное согласие продолжать искать, даже если завтра снова потребует сменить имя.