Документальный фильм Лица, деревни 2017 года начинается с желания просто сесть в старый фургон и поехать по французской глубинке, не зная наверняка, кого удастся встретить завтра утром. Аньес Варда и Джей Ар снимают не отчёт о поездке, а скорее визуальный дневник, где камера не командует, а терпеливо наблюдает. Разница в возрасте между ними видна сразу: Варда опирается на восемь десятилетий прожитых лет, вспоминает прошлое и внимательно всматривается в мелкие детали быта, а Джей Ар действует быстро, расклеивает огромные чёрно-белые фотографии на стены домов, водонапорные башни и старые гаражи, искренне веря, что искусство должно быть прямо здесь и сейчас. Они объезжают маленькие города, заводят разговоры с шахтёрами, доярками, почтальонами и владельцами крошечных кафе. Диалоги часто спонтанны, иногда неловки, но именно в этих паузах проступает настоящая жизнь. Монтаж не гонится за идеальной гладкостью. Он бережно соединяет кадры с дрожащими от старости руками, потёртыми рабочими куртками, смехом за кухонным столом и внезапным молчанием, когда герой вдруг понимает, что его лицо скоро займёт целую стену. Звук работает на контрастах: ровный гул дизельного двигателя, скрип колёс по гравию, обрывки местных акцентов и тихий шелест бумаги на ветру, когда плакат наконец приклеен. Лента не пытается объяснить всё через социальные теории или романтизировать упадок провинции. Она просто оставляет зрителя рядом с людьми, чьи профессии и уклад постепенно уходят в прошлое. Спутники проверяют новые локации, спорят о ракурсах, готовят клей, пока вечерний свет не ложится на поля. В конце не звучит пафосных заявлений, остаётся лишь ощущение живой, незавершённой встречи, напоминающее, что за каждым обычным фасадом всегда прячется кто-то, кому просто важно, чтобы его заметили и запомнили.