Режиссер Теа Шэррок в комедии Сначала дамы берет заезженную тему гендерных войн и выкручивает ее до такого абсурда, который неожиданно бьет в самую точку. Здесь нет попыток быть политкорректными или угодить всем сразу. Саша Барон Коэн и Розамунд Пайк создают на экране гремучую смесь, которая держит в напряжении с первой минуты. Он, как всегда, балансирует на грани фола, выдавая поток едкого сарказма и провоцируя максимально неловкие ситуации. Она же отвечает ему ледяным, почти хирургическим спокойствием, которое пугает куда больше, чем любые открытые конфликты. Их дуэт построен на постоянном перетягивании каната, где каждое вежливое слово скрывает желание уничтожить оппонента морально, не нарушив при этом правил этикета.
Том Дэвис и Эмили Мортимер отлично подхватывают эту эстафету, превращая второстепенные сцены в минное поле из бытового абсурда и недосказанности. А когда в кадр входят тяжеловесы вроде Чарльза Дэнса, Фионы Шоу и Ричарда Э. Гранта, комедия приобретает оттенок зловещего фарса. Они играют представителей старого порядка, чьи устои трещат по швам при виде происходящего хаоса, но которые изо всех сил пытаются сохранить лицо за бокалом дорогого вина, делая вид, что ничего необычного не происходит. Веруче Опиа, Ред Теннант и Кэтрин Хантер добавляют повествованию ту самую необходимую жизненную шероховатость, не давая истории скатиться в приторную и предсказуемую сказку.
Сценарий намеренно отказывается от дешевых шуток или предсказуемых развязок. Напряжение здесь растет из мелочей. Неловкая пауза за обеденным столом, слишком громкий смех в пустом коридоре, взгляд, который говорит о полном презрении больше, чем десятиминутный монолог. Шэррок режиссирует картину в быстром, почти нервном темпе, но умудряется вовремя ставить камеру на паузу, чтобы зритель успел прочувствовать всю глубину катастрофы, в которую угодили герои. Это кино не пытается дать универсальный рецепт счастья или примирения. Оно скорее напоминает нам о том, насколько хрупкими бывают наши социальные маски, когда кто-то решает просто перестать играть по навязанным правилам. После просмотра остается легкое, ироничное послевкусие и странное желание пересмотреть свои собственные манеры поведения в следующий раз, когда кто-то с чрезмерной любезностью предложит вам пройти вперед.
